ПЕРЕД ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ ПЕРЕВОДОВ С ДАННОГО САЙТА, ПОЖАЛУЙСТА, ОЗНАКОМЬТЕСЬ С
ПОЛЬЗОВАТЕЛЬСКИМ СОГЛАШЕНИЕМ И ВЫДЕРЖКАМИ ИЗ ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РФ ОБ АВТОРСКОМ ПРАВЕ

ПРИ ИСПОЛЬЗОВАНИИ МОИХ ПЕРЕВОДОВ НА ЛЮБИТЕЛЬСКИХ РЕСУРСАХ, УКАЗЫВАЙТЕ ССЫЛКУ НА БЛОГ. ЕСЛИ ХОТИТЕ ИСПОЛЬЗОВАТЬ ПЕРЕВОДЫ (ПОЛНОСТЬЮ ИЛИ ЧАСТИЧНО) ДЛЯ ЖУРНАЛЬНЫХ/ГАЗЕТНЫХ СТАТЕЙ, ТЕЛЕ-ПРОГРАММ, ДУБЛЯЖА ИЛИ СОЗДАНИЯ СУБТИТРОВ К ВИДЕО-МАТЕРИАЛАМ И ПРОЧИХ КОММЕРЧЕСКИХ ЦЕЛЕЙ, СВЯЖИТЕСЬ СО МНОЙ, ОСТАВИВ СВОИ КОНТАКТНЫЕ ДАННЫЕ В КОММЕНТАРИИ К ЛЮБОМУ ПОСТУ.

13 сент. 2008 г.

Двойной удар: Амир-Имран

июль 2008

«За всю жизнь это второй раз, когда я одеваю костюм», - улыбнулся немного смущенный, но не скованный Имран, пока мы ожидали приезда Амира на фотосъемку. И когда же был первый? «...На прьемьере дядиного QSQT, когда мне было 4 года». С того момента жизнь описала полный круг. На сей раз пришло время дяде Амиру одевать костюм и идти на премьеру первого фильма своего племянника Имрана.

Имран, подхватив фамильное знамя, тем не менее не изменился и летает в облаках. В нем определенно присутствует изысканность, аристократичность и умение тонко чувствовать, но прежде всего, у него есть то, что никакому киноинституту в мире не обойти – это Мансур Кхан и Амир Кхан.

Ниши Прем и Рачана Парех сводят дядю и племянника вместе, чтобы поболтать ранним вечером дождливого субботнего дня, в то время как проголодавшиеся парни накидываются на обед, запоздавший из-за плотного пред-премъерного графика работы.

Сине Блитц Амиру: Давайте начнем с семейства Баведжа. Похоже, они уверены в том, что вы пытаетесь навредить дебюту Хармана.
АК (смеясь): Для достижения личного успеха мне совсем не нужно подставлять кого-то. Я не согласен с подобной философией, и я ей не следую. Я искренне верю, что если фильм хорош, то его ничем не убъешь, ну, а если плох – его ничем не спасешь. Так что, в конечном итоге, по-моему, фильм говорит сам за себя – будь это мой фильм или чей-то еще – чей именно не имеет значения. Фильм говорит сам за себя. По-моему, нужно лишь приложить все усилия, чтобы сделать хороший фильм, а затем аккуратно его прорекламировать. Гарри – мой приятель, поэтому я желаю ему всего наилучшего. Я видел рекламные ролики Love 2050, и, на мой взгляд, Харман очень хорош. Я и правда желаю им самого хорошего и хотел бы, чтобы их фильм удался.

СБ: Вы взялись за дебют Имрана лишь после того, как Аббас Тайревала, режиссер, не нашел ни одного продюссера, желающего взяться за фильм. Как же так – неужели вам не приходило в голову продюссировать его с самого начала?
АК: А по-моему, здорово, что Имран нашел себе проект самостоятельно. Jaane Tu Ya Jaane Na начинался, как отдельный проект с Аббасом в качестве режиссера и Джаму Сугандом в качестве продюссера. Аббас где-то увидел Имрана и попросил его пройти пробы на фильм. Имран прошел пробы, Аббасу они понравились, и он взял его на роль. Имран сообщил мне, что он снимается в этом фильме, и что Аббас – режиссер. Я спросил его, нравится ли ему сценарий, и думает ли он, что Аббас сделает хороший фильм. Имран ответил «да», и я сказал что-то типа «Тогда действуй». Я искренне верю, что каждый из нас в конечном итоге должен найти свой собственный путь. Но когда Аббас пришел ко мне и сказал, что Джаму Суганд больше не продюссирует Jaane Tu…, я выслушал сценарий, и он мне очень понравился. Я также пообщался какое-то время с Аббасом и понял, что он способен снять этот фильм – вот так и я стал частью его.

СБ Имрану: До того, как Аббас заметил вас и пригласил сняться в кино, думали ли вы о карьере актера?
Имран: Вовсе нет.
АК: Ой, разве нет? А я и не знал.
Имран: Я собирался стать режиссером. Поступил в кино-школу. Прошел подготовку как сценарист и режиссер. Я обучался в Нью-Йоркской Киноакадемии в Лос-Анджелесе и даже работал в ЛА какое-то время на теле-шоу. Это именно то, что мне нравилось. Я был сценаристом и режиссером и именно в этом видел свое призвание. После возвращения в Мумбай я начал налаживать связи, знакомится с людьми. Я писал кое-что, но тут один телеканал просто украл мой труд.
АК: Что?? Я не знал об этом.
Имран: На самом деле, я вернулся из США, потому что Вандана – мама моей подруги Авантики – сказала, что этот телеканал хочет возобновить одно шоу, и им требуются молодые сценаристы и режиссеры. Поэтому я встретился с ними. Это было шоу-сериал с элементами ужасов, триллера и детектива; один из тех сериалов с несвязанными часовыми сериями. Я написал сценарий для них к трем сериям – не серии полностью, а только главные сюжетные линии – а также показал им пару короткометражных фильмов, снятых мной. Они были очень впечатлены и обещали связаться со мной. Этого так и не произошло, но вскоре моя знакомая актриса, Сонали, которая играла в Taare Zameen Par, позвонила и сообщила мне, что ей дали роль в сериале, сюжет которого сильно напоминает тот, о котором я ей рассказывал. Он пришла со сценарием, и когда я его прочитал, я понял, что так и есть: они взяли мою идею и развили ее в полноценный сценарий.

СБ Имрану: И поэтому вы отказались от мысли стать сценаристом-режиссером навсегда?!
Имран (ухмыляясь): В то время я был очень обижен... Думалось: вот так люди пользуются тобой и все такое. И именно тогда я встретил Аббаса и решил: ладно, тогда стану актером (снова усмехается) – тогда люди перестанут использовать меня в своих целях...

СБ: И какова же была реакция вашей семьи, когда вы объявили им, что хотите стать актером?
АК: Моя реакция была такова: мне не кажется, что Имран умеет играть. А потом я вспомнил, как люди реагировали на меня. Все, кто меня знали, услышав, что я снимаюсь в кино, не могли поверить, что я могу играть! Они просто-напросто решили, что я ни на что не годен! Так что, я напомнил себе об этом, и решил не поступать так же с Имраном.

СБ: А что вы думаете о нем теперь, увидев его игру?
АК: Я думаю, что он хорош. По-моему, у него большой потенциал. Он, конечно, совсем еще новичок, и ему предстоит долгий путь. Но одно точно: у него огромный потенциал и все задатки замечательного актера.

СБ Имрану: В одном из интервью вы сказали, что вам не понравился Амир в QSQT.
АК Имрану: А ты уже родился в то время?
Имран: Я же снимался в этом фильме.
АК: Что ж, давай послушаем твое мнение обо мне.
Имран: Теперь, когда я смотрю QSQT, мне кажется, что в нем было несколько слабых мест, а Амир был неуверенным и «неотшлифованным». Я способен беспристрастно оценить его работы и работы дяди Мансура.
АК: Вообще, в семье мы очень честны по отношению к работе друг друга. Если мне не нравится чья-то работа – не только в семье, но и среди друзей – мне кажется, что, будучи близок этому человеку, я должен быть с ним предельно откровенным. Это все равно что сказать «Эй, дружище, у тебя штаны порваны и трусы видно». А там уже от человека зависит, что он будет с этим делать. Но я ведь не могу в такой ситуации сказать, что все в порядке, ничего не случилось. Я обязан сказать ему, что есть проблема или, по крайней мере, мне кажется, что есть проблема и предоставить ему возможность проверить это самому.

СБ Имрану: А как Мансур прореагировал на то, что вы занялись актерством?
Имран: Мне кажется, он узнал об этом слишком поздно, чтобы что-то предпринять!

СБ: А можно подумать, что это решение принималось организованно, всей семьей...
АК: Нет, совсем наоборот. По-моему, мы все принимали самостоятельные и независимые решения. С тех пор как я вошел в киноиндустрию, все принятые мной решения были лишь моими. После QSQT я ни разу не обратился за советом к дяде или Мансуру в отношении выбора фильмов, я не просил их читать сценарии и решать за меня, должен ли я делать тот или иной фильм. Никогда. И они в свою очередь никогда не просили меня показать им сценарий какого-либо из предложенных мне фильмов.
Имран: И людям сложно понять и поверить в это. Меня спрашивают: «До какой степени Амир управляет твоей карьерой?», хотя на самом деле он этого не делает. Нам это совсем не свойственно. Как он уже сказал, мы сами разбираемся со своими делами и принимаем самостоятельные решения.

СБ: Но ведь совсем не лишнее спросить совета у члена семьи, который намного опытнее.
АК: Он обращался ко мне пару раз.
Имран: Ну, разумеется, в определенных случаях да, когда я чувствую, что не смогу с чем-то справиться в одиночку, я обращаюсь за помощью, описываю ситуацию и спрашиваю «Как ты думаешь, что мне делать?» В этом случае я расчитываю на тот опыт, которым он располагает. И он спрашивает меня «А как по-твоему?» Я говорю то, что думаю по этому поводу, и он отвечает «Чего ты желаешь этим добиться?» и говорит, что мне делать или говорить.

СБ: Общение с прессой, наверное, наболевшая тема. У Амира всегда была своя резкая и бескомпромисная точка зрения на это.
АК: Судя по тому, как я недооценивал роль пиар в своей карьере, не думаю, что Имрану стоит...
Имран: Я не следую никаким укзаниям с его стороны в отношении общении со СМИ.

СБ: Молодежь сегодня относится ко многим вещам довольно невозмутимо. Амир был женат, когда дебютировал в кино. И он скрывал свой брак от СМИ, тогда как Имран упоминает свою подругу в каждом разговоре.
АК: Нет, тут есть различие. Видите ли, то решение было принято дядей, поскольку он являлся продюссером QSQT. Я был недоволен этим решением, потому что очень гордился своим браком. Он сказал, что на карту поставлены карьеры многих людей: Мансура, Джухи, режиссера по освещению – мы все были новичками. Если честно, я не считаю, что это повляло бы на фильм, но мне пришлось проявить уважение к инструкциям дяди, ведь он был продюссером фильма. Потом, через четыре недели после выхода фильма, я пришел к дяде и сказал: «Фильм ведь уже стал хитом, так что, если люди узнают о моем браке, это ничего не изменит. Можно я теперь расскажу правду?» Он разрешил, и я обо всем рассказал.
Имран: Я встречаюсь с Авантикой уже шесть лет. И если я стану это отрицать, то что изменится? Что – мой сексуально-холостяцкий имидж разрушится? Если для продвижения карьеры мне необходимо жертвовать личной жизнью, значит мой выбор карьеры очень неудачен.

СБ Имрану: Расскажите немного о себе... вашем детстве, колледже и т.д.
АК: В нем примесь британской крови.
Имран: Моя бабушка – англичанка.
АК: Его отец, Анил Пал – бенгалец. Мать Анила – англичанка. Кстати, она скоро приезжает специально на премьеру фильма.

СБ: Вы поддерживали с ней отношения?
Имран: Она навещала нас всего два месяца назад...
АК: Насколько я помню, Анил и Нузхат разошлись, когда Имрану было около двух лет. Но Анил является хорошим другом мне и Мансуру по сей день. Он был одноклассником Мансура, они учились вместе и в школе, и в IIT. И хотя Анил и Нузхат расстались, семья не раскололась. Мы поддерживали отношения все эти годы. Он живет в США, и я всегда останавливаюсь у него, когда еду туда. Он – мой очень близкий друг.

СБ: И вы тоже близки с отцом и часто навещаете его?
Имран: Да, я учился какое-то время в Штатах, и в то время я жил у него. Это было с 17 по 19 лет – именно тогда я по-настоящему узнал его. До того я регулярно в ним встречался – он навещал меня, я навещал его, но это было каждый раз примерно на месяц. Поэтому наши отношения тогда были не крепкими, не близкими. Я узнал его намного лучше, когда пожил у него, именно тогда я привязался к нему.

СБ: А как прошли ваши школьные годы?
Имран: Когда-нибудь, кто-то обязательно должен написать целый роман о моих школьных годах. Они словно были скопированы с фильма Beach Леонардо Ди Каприо – вот такой была моя жизнь. С 10 до 15 лет я учился в школе в Нильгири. У школы даже не было названия, а общее число учеников было не более 25. Школа находилась в деревне Геддаи, примерно в трех часах езды от Ути. А жили мы в шести километрах от самой деревни, в джунглях. Там не было ни воды, ни электричества – только дикие звери вокруг. Не нужно было идти далеко, чтобы увидеть кабанов. Для освещения мы пользовались керосиновыми лампами, воду брали из ручья; мы также сами выращивали овощи, готовили пищу и стирали одежду. Мы сами построили домики, в которых жили. И мы даже сами соорудили себе плавательный бассейн!
Я проводил там ежегодно 8 месяцев. После каждых четырех месяцев я приезжал на два месяца в Бомбей. Но когда проводишь так много времени на природе, здесь чувствуешь себя тяжеловато. Шум, грязь, напор людской энергии... А та местность была так редко населена.

СБ: Из джунглей да в шоубизнес...
Имран: Да, я совсем не свой человек в этой индустрии. Первой реакцией моих друзей было: «Господи, Имран собирается стать актером!» Они так и говорят мне: «Приятель, да что тебе делать в киноиндустрии? Как ты будешь жить в ней?»

СБ: И хинди-фильмы вы не очень-то смотрите, так? Мы слышали, как вы говорили о голливудской классике, о Джеймсе Дине, о Элия Казане...
Имран: Я никудышный знаток кино. Я до сих пор не видел так много индийских фильмов – и это отражается на моем восприятии мира, потому что я вырос в основном на западном кино. Теперь я принялся смотреть фильмы на хинди. Например, недавно я посмотрел два фильма, которые сразили меня наповал – Sholay и Agneepath. По-моему, Мукул Ананд был супер-режиссером, намного опередившим свое время...

СБ: Но вы также хотите писать сценарии и снимать фильмы на хинди в будущем... Конечно, кино универсально, и все такое... но все равно вам будет необходимо прочувствовать индийские фильмы...
АК: Я хотел бы поправить вас. Я думаю, что нужно чувствовать не индийское кино, а самих индийцев. Вот какое чувство нужно развить. Даже если вы за всю жизнь не посмотрели ни одного индийского фильма, но способны понять зрителя, тогда вы сможете создать свою собственную связь со зрителем. Поэтому, нужно лишь понять зрителя. У него еще много времени впереди до режиссуры.
Имран: Да, до режиссуры еще далеко. И в процессе игры в фильмах, я многому учусь...

СБ: И Амир всегда рядом, как наглядный пример...
АК: Я готов его поддержать, но я ни за что не стану учить его жизни. По-моему, я просто не такой человек. Я не могу диктовать кому-то, как им жить свою жизнь. Так что, он принял свое собственное решение. Также с другими близкими мне людьми – я никогда никого не поучаю, как им вести свою жизнь. Я всегда готов поддержать их, но в конечном итоге лишь им самим принимать решения относительно своей жизни.
Имран: Думаю, он немало повидал в жизни, и это сказывается в различных ситуациях... В омут нужно кидаться самому – только так можно набраться опыта и понять, что делать дальше.

СБ: Все выбранные вами фильмы – это целиком и полностью ваше собственое решение?
Имран: Целиком и полностью. Я сам встречался с режиссерами. Сам договаривался о гонораре и все такое. Я хотел, чтобы это было именно так. И в конечном итоге полученный результат – это мой успех.

СБ АК: Какие-нибудь воспоминания об Имране, когда он был ребенком?
АК: Ну, я помню, что неплохо попользовался им себе на благо! Ему было 3-4 года, и все девушки считали его очаровашкой. Поэтому я брал его с собой на улицу и всегда был в окружении девушек, благодаря ему.
Имран (усмехаясь): Да уж, он вдоволь поиздевался надо мной в детстве.
АК: Однажды я отвел его в Freda и обрил ему голову. Просто так. В самом разгаре процесса он начал плакать и ревел так громко, что я повторял: «Скорей, скорей же!»
Имран: Говорю же, они с дядей Мансуром поиздевались надо мной в свое время. Я не помню всего, но одно я помню точно – я не любил ни того, ни другого.

СБ: Они вас еще и в своих фильмах заставили играть – даром...
АК: В QSQT он играл моего героя в детстве. Но в Jo Jeeta Wohi Sikandar его роль была намного длиннее. Он первый индийский герой, выставивший свой зад на обозрение публики.
Имран: И это задолго до Saawariya… Как бы то ни было – Ранбир не сможет оспорить это!
АК: И если Имран не добъется успеха как актер, он запросто может пойти в бармены. Он профессиональный бармен. Он обучался этому в Лос Анджелесе у того, кто учил Тома Круза для фильма Cocktail.
Имран: Что бы я ни делал, мне не избежать связи с киномиром!

Журнал Cine Blitz
русский перевод - ИНДИЙСКОЕ КИНО Ru (c) http://bollywoodru.blogspot.com

Комментариев нет: