Закулисные истории: съемки песен

без даты

Jaati Hoon Main - Karan Arjun
Каран Джохар: "Каджол была в смятении на съемках песни. Хореографы требовали довольно вульгарные движения. Всю песню они с Шах Рукхом провели друг у друга между ног. Когда я пришел навестить ее на съемочную площадку, Каджол сидела и делала вид, что читает книгу, а сама была в бешенстве".
Шах Рукх Кхан: "Мы с Каджол никогда не снимались в подобных сценах ранее, поэтому обоим было неловко. От меня требовалось взять соломинку и провести ею по спине Каджол. И эмоции в данном случае должна была выражать спина: затрепетать и прогнуться. Но у нас никак не получалось. Хореограф говорил Каджол: "Давай-давай, двигайся, покажи ощущения", а Каджол отвечала: "Я ничего не ощущаю!", поэтому мне пришлось провести по спине пальцем. Я лишь старался помочь в этой ситуации, но нам было ужасно смешно."

Baazigar O Baazigar - Baazigar
Шах Рукх Кхан: "В песне есть момент, где мы с Каджол на скамейке, и она должна громко чувственно вздохнуть. У Каджол никак не получалось, поэтому Сародж-джи подошла ко мне и тихонько сказала: "Ты можешь ее чуток ущипнуть?" Я так и сделал, она вздрогнула, ахнула, и таким образом сцена удалась. Можете посмотреть этот момент в песне - вздох там вовсе не сексуальный, а просто от неожиданности. Я понимаю, что это может показаться вульгарным, но ничего такого не было. Когда я это делал, меня вдруг посетила мысль, а что если она решит, что я пользуюсь случаем и щипаю ее с грязными намерениями?"

Ruk Jaa O Dil Deewane - Dilwale Dulhania Le Jayenge
Фара Кхан: "Довольно сложный отрезок из песни, где Шах Рукх танцует с салфеткой, был снят с первого раза."
Каджол: "Они спланировали, что Шах Рукх уронит меня в конце песни, но мне об этом не сказали. Потом мы пересняли дубль еще раз, но получилось даже хуже, потому что, когда ждешь удара, то ощущаешь его еще сильнее."
Шах Рукх Кхан: "Выражение лица Каджол в конце песни, когда я роняю ее на пол, - настоящее. После дубля все засмеялись, а Каджол начала кричать на нас. Я отмазался тем, что свалил вину на Фару. Фара сказала, что это я сам придумал. Каджол была возмущена."

Интервью Раджива Масанда с Каджол

июль 2017
(немного сокращенная и обобщенная версия)

- Каджол, не знаю, приходило ли тебе это в голову, но вообще-то прошло 25 лет с тех пор, как ты начала карьеру в кино. Твой дебют состоялся в 1992 году в Bekhudi, и тебе тогда было 18 лет.
- О, боже... кажется, я была моложе. Где-то лет 17 с половиной. По-моему, я была еще несовершеннолетней в то время. Эксплуатация детского труда! (оба смеются). На самом деле вчера кое-кто напомнил мне о том, что 31 июля исполняется 25 лет моей актерской карьере... а также сказал: "Мэм, мы выросли на ваших фильмах." На что я ответила: "Да я сама выросла на своих же фильмах!" (оба смеются).

- Думала ли ты в то время, что четверть века спустя ты все еще будешь заниматься тем же?
- Нет, я не ожидала такого, честно. Все началось ради потехи, просто, чтобы скоротать время. Я думала, мол, у меня есть пара свободных месяцев летних каникул, и я поеду в Канаду - ух ты, как гламурно! Так все и началось. А потом мне подумалось: "Это так весело, словно бы и не работаешь вовсе!" И я решила сделать еще один фильм, который снова не ощущался особой работой. Постучим по дереву, но до сегодняшнего дня мне по-прежнему кажется, будто бы я не работаю... ну, разве что только когда приходится давать интервью (смеется).

- Верно ли будет сказать, что ты никогда не была особо амбициозна по отношению к своей карьере, никогда не пыталась с кем-то соперничать? На ранних этапах тебя превозносили, как естественную актрису, но все равно не ощущалось, что тебя так уж волновала твоя карьера по сравнению с современниками.
- Пожалуй, это очень точное описание. Наверное, я кажусь одной из тех ленивых и нецелеустремленных людей, которым все дается само по себе, но, если честно, я по-настоящему люблю свою работу, я наслаждаюсь ей. Одна из причин, по которой я решила взять перерыв после свадьбы, было то, что я не хотела, чтобы работа превращалась в... работу. И я ведь до сих пор здесь, мне по-прежнему в удовольствие сниматься в кино. В противном случае, я бы давно бросила это дело.

- Но позволь пояснить. Ты зачастую работаешь с друзями. Ты не работала с важными режиссерами, такими как Мани Ратнам, Санджай Лила Бхансали, Вишал Бхарадвадж...
- (Закатывает глаза) О, боже!..

Король сердец - Шах Рукх Кхан

ноябрь 2014

Экранные королевы короля говорят о том, за что они его любят. Рахул Гангвани слушает и полностью соглашается с ними...

От Каришмы Капур и Каджол до Анушки Шармы и Катрины Кэйф - Шах Рукх Кхан изображал любовь на экране с бесчисленным количеством героинь, и у всех них лишь хорошие слова в его адрес. И это, дамы и господа, самое приятное для актера. Потому что актеры любят посплетничать, обожают говорить гадости в чей-то адрес, однако даже доверительные беседы без диктофона с его партнершами не выявили ни намека на недовольство. Мы примирились с тем фактом, что ни одна из них не подмигнула с многозначительным видом и не сказала: "Чур, я ничего не говорила, но..." Похоже, все обожают его и в реальной жизни тоже. Каджол признается, что ее дружба с ШРК - это любовь и ощущение комфорта, Каришма Капур объявляет его самым уверенным в своих силах партнером, который помог ей, как никто другой, тогда как сестренка Карина Капур именует его феноменом. Маниша Койрала зовет его "бесстрашным", а Анушка с Катриной поют оды его великодушию. Такое ощущение, что комплименты никогда не закончатся. Читайте дальше, чтобы выяснить, что еще героини поведают об их короле романтики.

Ток-шоу "Кофе с Караном" - избранное, часть 2

Самые интересные моменты и высказывания шоу четырех сезонов, включая спец-выпуски и вырезанные сцены (2004-2014) (цитаты могут быть сокращены)

Джухи Чавла: - На определенном этапе карьеры успех слишком вскружил мне голову и, видимо, совершенно помутил мозг, потому что я приняла несколько ужасно глупых решений в своей жизни. Чем проложила дорогу многим актрисам. (Сезон 4)

Фара Кхан: - Когда я ставила танцы для фильма Aatish много лет назад, между Каришмой Капур и Равиной Тандон шли настоящие бои - в танце они пытались хлестнуть друг друга искусственными прядями волос с прицепленными на них украшениями, или наступить друг другу на ногу... это было так по-детски. Уверена, теперь они обе смеются вспоминая о тех днях. (Сезон 2)

Анил Капур: - Не верьте Фаре Кхан - она самая большая лгунья в киноиндустрии.
Каран Джохар: - Неужели?
Анил Капур: - Да, она сказала, что я самый плохой танцор, а ведь на самом деле я лучший! (Сезон 4)

Каджол: - Я наговорила столько гадостей людям, и они постоянно отвечали мне тем же, так что я уже и не помню, что из этого было самым гадким. (Сезон 2)

Каран Джохар: - Что бы ты сказал преданному фанату Амира Кхана?
Шах Рукх Кхан: - Ребята, найдите себе кумира, на которого хотя бы можно было посмотреть снизу вверх / которого можно было бы уважать (прим.: look up to - каламбур, в прямом смысле означающий "смотреть снизу вверх", а в переносном "уважать". ШРК здесь намекает на низкий рост Амира). (Сезон 1)

Каран Джохар: - Знаете, почему я подружился с Гори? Чтобы иметь более легкий доступ к Шах Рукху. (Сезон 2)

"Люди говорили, что я не достаточно целеустремленная," - Каджол

июль 2014

Каджол вспоминает о девушке, которой была когда-то. Filmfare переживает те моменты вместе с ней.

Однажды французский философ сказал, что жить - значит меняться, меняться - значит становиться более зрелым, становиться более зрелым - значит раз за разом создавать себя по-новой. Возможно, это и есть причина того, что популярности Каджол можно позавидовать при том, что она давно не появляется на большом экране. Она вне времени - в полном смысле этого слова. В прошлом - бунтарка, в настоящем - супер-мама. Перемены, произошедшие с ней, радикальны, но в то же время естественны. За последние 11 лет Каджол пересмотрела свои приоритеты и этим лишь выиграла и в профессиональной, и в личной жизни. Теперь она способна оглядываться назад с теплыми воспоминаниями. Она по-прежнему говорит, что думает, но и наслаждается свободой само-критики. И тем не менее, она по-прежнему такая же. Ей важны семья и друзья. Ее не волнуют скептики.

В ностальгическом настроении Каджол пускается в воспоминания о прекрасно прожитой жизни. Она рассказывает неизвестные доселе детали о таких фильмах, как Dilwale Dulhaniya Le Jayenge и своем дебютном Bekhudi. Она до сих пор побаивается своей матери Тануджи. К ней отлично применима известная поговорка о старом вине. Но и ее будет недостаточно, чтобы описать эту необыкновенную женщину. В наш век, где посредственность - это уже хорошо, Каджол по-прежнему стремится к совершенству...

- Каково это было - впервые встать перед камерой?
- Я проходила кино-пробы для дяди Рахула (Равайла, режиссера). Он снимал меня на видеокамеру. Я вообще была не в курсе. Я не испытывала страха перед камерой. Просто выполняла то, что от меня требовалось. Я получила Bekhudi в самое удачное время - первый курс колледжа, когда ты ломаешь голову над тем, что ты тут вообще делаешь, и каким образом математические формулы или психология могут помочь тебе в дальнейшей жизни! Я лишь знала, что мне понравится сниматься в этом фильме, и мне предоставится возможность встретить интересных людей. Для меня это было, как приключение.

- Сколько лет вам было, когда вы получили предложение сниматься в кино?
- 15 с половиной. Мы подписали контракт, когда мне исполнилось 16 с половиной. Моя мама Тануджа расписалась в контракте, будучи моим официальным попечителем. Я сама не могла ставить подпись, поскольку была несовершеннолетней.

- Наверное, на съемочной площадке вас баловали, словно ребенка...
- Помню, мама говорила дяде Рахулу : "Не вздумай слишком ее нагружать", а также то, что обо мне должны были как следует заботиться. Но, конечно, мы вкалывали, как лошади, хотя и веселились не меньше. Причина, по которой я начала работать так рано, лежит в моем пансионатском воспитании. Пансион научил меня быть независимой. Когда я приехала после окончания учебы, мне было не по себе сидеть дома без дела. Я не знала, что мне делать с таким количеством свободного времени в своем распоряжении.

Амир Кхан и Киран Рао на ток-шоу "Кофе с Караном"

15 декабря 2013
(немного сокращенная и обобщенная версия)

Каран Джохар: - Он тот, кто в одночасье меняет все правила игры. Один за другим, его фильмы ломают стереотипы привычного коммерческого кинематографа. На сегодняшний день он - печать, подтверждающая самое высокое качество на экране. Встречайте мега-звезду, который готов смести кинокассы с Dhoom 3. Это никто иной, как Амир Кхан!
Добро пожаловать на "Кофе с Караном".
Амир Кхан: - Спасибо. Я ужасно нервничаю и не собираюсь ничего сметать.

КДж: - 5 дней осталось до релиза. Это стресс для тебя? Если даже ты нервничаешь, представь, каково нам с нашими фильмами...
АК: - Даже не напоминай. Я вообще не хочу говорить о Dhoom 3. Я весь на нервах.

КДж: - Хорошо, тогда я задам тебе тот же вопрос, что и Салману: почему ты так долго не появлялся на этом диванчике?
АК: - Когда ты только-только начинал свое шоу, я почти не знал тебя. А то немногое, что знал, мне не нравилось... я честно это говорю, ладно?

КДж: - Да-да, конечно, говори (не сдерживается, начинает смеяться и давится кофе). Ой, прости.
АК: - Мне было некомфортно в твоем присутствии. Но потом, когда я узнал тебя получше, ты начал мне нравиться.

КДж: - Я казался тебе легкомысленным?
АК: - Нет-нет. Просто когда толком не знаешь человека, бывает, о нем складываются неверные представления. А может быть, ты просто изменился - не знаю. Главное - теперь ты мне нравишься, и я рад быть на твоей передаче.

КДж: - Во вступлении я назвал тебя тем, кто меняет правила игры. Я действительно считаю, что многие из твоих фильмов изменили наш кинематограф в целом. Особенно переломным был 2001 год. Никто не желал браться за Lagaan, так же, как и Dil Chahta Hai. Мало кто верил в Фархана Ахтара, однако по итогу фильм стал самым крутым молодежно-городским фильмом за всю историю индийского кино. Ты сломал существовавшие стереотипы и стал первопроходцем.
АК: - Ну, это было непреднамеренно. Когда я снимался в Lagaan, я и сам был весьма испуган. Я понимал, что это слишком необычный фильм. И хотя мне очень нравился сценарий, мне потребовалось много времени, чтобы собраться с духом и согласиться. Я сделал этот фильм, потому что меня захватил сценарий - и именно по этому же критерию я выбираю все свои фильмы. Наверное, это и срабатывает - то, что у меня хватает смелости идти на поводу у своего сердца. И меня не волнуют многие вещи, которые обычно вызывают опасение у других - например, режиссер-дебютант или режиссер-неудачник. Если мне нравится идея фильма, какой бы необычной она ни была, - я берусь за него. Живем один раз, дружище. Я хочу делать то, что хочу, то, что мне нравится. Я не хочу раздумывать о последствиях.

Ток-шоу "Кофе с Караном" - избранное, часть 1

Самые интересные моменты и высказывания шоу трех сезонов, включая спец-выпуски (2004-2011) (цитаты могут быть сокращены).

Каджол: - Мне не нравятся 99 из ста людей, с которыми я встречаюсь. Просто теперь я научилась не демонстрировать это так явно. (Сезон 2)

Рани Мукерджи: - По-моему, Прити слишком много болтает. (Сезон 1)

Каран Джохар: - Если бы в музее Мадам Тюссо решили сделать восковую статую Прити, какая поза отражала бы ее наиболее точно?
Бобби Деол: - Это была бы уникальная статуя, единственная говорящая из всех. (Сезон 2)

Каран Джохар: - Шах Рукх, если бы ты проснулся одним утром и обнаружил, что стал мной, что бы ты сделал?
Шах Рукх Кхан: - Шансов проснуться, став тобой, у меня гораздо меньше, нежели проснуться с тобой... по крайней мере, именно так все говорят... (Сезон 2)

Анушка Шарма: - В актерской игре я могу надрать задницу любой актрисе. Кроме Карины Капур - она лучшая в этой индустрии на сегодня. (Сезон 3)

Видья Балан: - Когда я вижу Шах Рукха, то всегда начинаю хихикать, словно школьница. И говорю глупости.
Каран Джохар: - Что было самой большой глупостью из того, что ты сказала?
Видья Балан: - Однажды я нецензурно выругалась перед ним. (Сезон 3)

36 часов в безумном мире Каджол

декабрь 1997

Воскресенье, 19 октября
На ее нос воодружены очки, на губах играет улыбка. Одетая в двухтонный сальвар-камиз - светло-голубой с темно-голубым - Каджол, как обычно, потеряна в мире романтики, благодаря Миллзу и Буну в руках. Я стучу в дверь ее обители отдыха, и ее парикмахер Фелси приветствует меня. Каджол вынуждена прервать свое сосредоточенное чтение, когда я говорю ей "Привет". "Привет, вы все-таки сделали это!" - восклицает она, крайне удивленная моим присутствием. Перед тем, как отправиться в Лонавалу, Каджол согласилась на съемку для журнала, но только в Лонавале. И вот я тут - в 3 часа дня, в фургоне Каджол в Кхополи, где проходят съемки ее фильма Pyar Kiya To Darna Kya режиссера Сохэйла Кхана.

Лишь я усаживаюсь на диван перед ней, как она тут же спрашивает: "Чай, кофе?" Я прошу чая с лимоном - коронного напитка ее слуги Виджая. Она откладывает книгу в сторону. "Винод, спроси их... что там происходит?" - крайне раздраженно спрашивает она своего гримера Винода. "Терпеть не могу сидеть и ждать с готовым макияжем. Понятия не имею, в чем там загвоздка. Такое ощущение, что я жду своего дубля уже целую вечность!" - продолжает ворчать она. Фелси поддакивает Кадж и соглашается, что ожидание их разленивает.

"Возможно, я не смогу сделать для вас фотосъемку", - хитро улыбается она. Я интересуюсь причиной. "Я буду очень занята. Такое бешеное расписание съемок..." - вновь улыбается она. "Вам нужно попросить разрешение у Сохэйла." Она пудрит мне мозги, говорю я ей. "Почему это?" - вопрошает она с серьезным выражением лица. Винод возвращается, чтобы передать ей, что ее позовут на съемочную площадку через 10 минут. В следующие десять минут мы болтаем о фильме, в котором она снимается с 16 октября. Потом, подправляя макияж, она говорит мне, что ее отец тоже приезжает в Лонавалу. Она радуется, а я словно на иголках! Начинаются съемки... похоже, это будет длиться бесконечно... В дверь стучат, в нее заглядывает ассистент и зовет ее на площадку. "Наконец-то!" - вздыхает она и выходит из фургона под палящее солнце. Мгновенно возникает Виджай с зонтиком, защищая ее от неумолимых лучей. Пока она направляется к воротам деревенского домика, наблюдающие жители с близлежащих деревень и отдыхающие не могут устоять и начинают собираться толпой вокруг нее, чтобы взглянуть, взять автограф или сфотографировать. Разгоняя их, Каджол влетает на съемочную площадку, подходит к Дхармендре, который играет ее дядю в фильме, и крепко обнимает его.

Порождение боли! Как Каджол и Камал пережили травму своего прошлого!

февраль 1992

Два новых лица в океане людских судеб. Оба привлекательны. Оба молоды. Оба приятны и общительны. Но мудрость веков в их светлых глазах далеко опережает их возраст.

Два лица, не имеющие ничего общего между собой. За исключением того, что оба они - дети известных родителей. А еще их связывает фильм, в котором они снимаются сейчас. И, да, боль. Та притупленная, невысказанная, но глубоко прочувствованная боль, связавшая их двоих, заставившая понять друг друга. Она словно невидимая нить, сблизившая их, когда они вместе ступили на знакомый, но пока еще неизведанный путь. Путь к славе.

Ее зовут Каджол, его - Камал. Они почти никому не известны. Лишь их родословная создает ассоциации. Она - дочь хорошо известной актрисы Тануджи и ее отвергнутого супруга - продюсера Шому Мукерджи. Он - сын покойного продюсера и режиссера Бриджа Саданаха, чье имя - свежее напоминание трагического события: перестрелки, случившейся чуть более года назад, в которой вся семья Камала была безжалостно уничтожена прямо перед его глазами. А затем была выпущена еще одна пуля - убийца превратился в жертву. А молодой парень продолжал смотреть, парализованный ужасом и шоком. Он стал единственным уцелевшим из этой звездной семьи.

В беседе с Омаром Кюреши на канале Zoom (Каджол)

2011
(немного обобщенная версия) 

- Каджол, у тебя так много наград. Когда ты на них смотришь, неужели тебе не хочется вновь наложить грим и начать сниматься?
- Да в общем-то нет. И я бы не назвала их наградами, а скорее мемуарами. По-моему, это лишь воспоминания. Нельзя жить одними лишь воспоминаниями. Нужно двигаться вперед по жизни. Мы оба с Аджаем так считаем.

- Ну, Аджай-то действительно двигается вперед с огромной скоростью. У него такой успех. Кстати, как тебе понравился Singam?
- Я была в полном восторге - я визжала, кричала, свистела и все такое. В общем, повеселилась от души.

- А ты смотрела фильм в первых рядах в кинотеатре?
- Нет, я смотрела фильм на студии Яш Радж. Там собралась вовсе не визжащая толпа. Мы все выглядели и вели себя как высший свет - манерно и достойно. И вот прошло пять минут фильма - и все уже визжали, хлопали, свистели... это было просто потрясающе.

- А ты учила его, как говорить на маратхи? Потому что в фильме у него много диалогов на маратхи...
- Ну так я его учила последние пятнадцать лет, так что хоть что-то должно было отложиться в памяти (смеется).

Интервью с Каджол

май 1995

- Что и кто являются величайшей любовью твоей жизни?
- Это была моя машина Амбассадор, которая сейчас продана. А вообще, это мои книги. Я обожаю читать. Хотя мне также нравится водить машины. Ни единый человек не дотягивает до звания величайшей любви моей жизни.

- Кем из живущих ныне людей ты восхищаешься?
- Честно говоря, в мире не осталось личностей, достойных восхищения. Можно восхищаться определенными чертами характера одного или нескольких людей. Но человека, полностью заслуживающего восхищения, не существует.

- Что является твоей самой большой странностью?
- Должно быть, это мои книги. Куда бы я ни ездила, я покупаю лишь книги, книги и еще раз книги! Скажу по секрету: я действительно трачу на них уйму денег. Даже во время перелетов я скупаю книги в аэропорту - если точнее, четыре в каждом аэропорту. Этого хватает на время полета. На обратном пути, если мне попадается книжный магазин, я снова покупаю книгу. Я испытываю потребность в них, я их бережно храню. Мне требуется все больше полок для новых книг. По идее, у меня просто не осталось свободного места в доме!

Звездные измены

4 марта 2005

Некоторые особо лакомые кусочки прошлых лет...

- Хема была с Дхармендрой, Джитендра - с Шобхой. Но когда Хема и Джиту начали совместную работу, они безумно полюбили друг друга. В тайне ото всех они решили пожениться. На выездных съемках фильма они почти совершили свадебный обряд, однако Шобха и Дхармендра догадались о происходящем и, срочно приехав на место действия, забрали своих половинок.

- Шридеви влюбилась в Митхуна Чакраборти на съемках фильма Ракеша Рошана Jaag Utha Insan. Но Митхун был уже женат на Йогите Бали, и у них был сын. Шридеви умоляла Йогиту оставить Митхуна, но та, конечно, не отпустила его. Шридеви и Митхун тайно поженились, и позднее Митхун признался в этом публично. Но это случилось только после того, как один журнал опубликовал их брачное свидетельство! Йогита Бали наглоталась снотворного, после чего Митхун вернулся к жене.

- Когда всем казалось, что у Дилипа Кумара и Сайры Бану идеальный брак, всплыли новости о его браке с Асмой. Когда Сайра закатила истерику и потребовала немедленного развода, Дилип Кумар поспешно развелся с Асмой и вернулся к Сайре. Асма осталась ни с чем: ведь чтобы быть с любимым, она бросила мужа и детей. После попытки самоубийства, она вернулась к своему бывшему мужу.

Шокирующие высказывания звезд

март 2006

Они высказали это – в своем стиле. 32 шокирующих цитаты звезд, которые трудно забыть!

Шридеви – 1992
«Что я умею в жизни помимо игры в кино? Только резать овощи, наверное! Я никогда не была особо интеллектуальным человеком. Так что, мне лучше просто стать чьей-нибудь женой!»

Рекха – 1975
«Я не могу спать без ночной рубашки и нижнего белья. Даже в свой медовый месяц, после всех «шалостей» я встану с постели, одену бюстгалтер и трусики и только после этого пойду спать.»

Каджол – 2002
«Если ты звезда, тебя будут любить, даже если на самом деле ты стерва»

Мадхури Дикшит – 1999
«Меня еще ни разу никто не поцеловал.»

Рекха – 1975
«Брак? Никогда. Мужчины не достойны этого. Они все лжецы. Я не буду сожалеть, если останусь старой девой на всю жизнь. Или, если я все-таки выйду замуж, я рожу ребенка и разведусь»

Говинда – 1990
«Если я захочу узнать о том, что творится в мире, я почитаю газету. Зачем мне жениться на умной женщине для этого?»

Прити Зинта – 2002
«По-моему, называть меня мужчиной – это предел мужланства, половой дискриминации и глупости. Видимо, мужчинам просто сложно признать «Вот это да! Она бесстрашна, как женщина!»

Шах Рукх Кхан – 1995
«Я не напиваюсь и не устраиваю скандалов. Я не волочусь за женщинами. Я не бью свою жену. Я не позирую голым на обложках журналов. И у меня нет 12-дюймового вы знаете чего».

Разговор без прикрас... с Каджол

апрель 2008

Моя последняя запоминающаяся встреча с Каджол была на съемках Dilwale Dulhaniya Le Jayenge, когда ее парикмахер Уша, по совместительству тренер по физической подготовке, бегала за ней в париком в руках. Однако, эта пылкая актриса лидировала, и могла бы составить неплохую конкуренцию любому международному бегуну на короткие дистанции. Это впечатление о ней долго не могло исчезнуть, и каждый раз, когда я вижу песню Mehendi Laga Ke Rakhna, Каджол в яркой лимонно-зеленой лехенге всегда напоминает мне о погоне по студийному полу в тот наполненный событиями день.

2008 год. Я вхожу в гримерную Каджол для интервью, и первое что привлекает мое внимание – это накладные волосы, предназначенные для нее. Мой взгляд непроизвольно обращается к обуви парикмахера. Нет, обувь нисколько не подходит для данной ситуации – каблуки не позволят ей бежать на большой скорости. Однако, сегодняшняя Каджол кажется разбавленной версией той непредсказуемой Лолы, которую я встретила в прошлый раз. Она смирно сидит на всем протяжении примерки парика и даже предлагает способы его закрепления. Видимо, брак и материнство равняются более спокойной Каджол.